Туруханску исполнилось 400 -
                      в гостях у юбиляра побывала вся красноярская Сибирь.

   Пусть это сказано и с некоторой натяжкой, однако состоявшаяся недавно водная экскурсия по могучему Енисею вдоль туруханских берегов, простирающихся с юга на север более чем на тысячу километров, с крайней точкой далеко за полярным кругом, позволила ста с лишним пассажирам дизель-электрохода "Михаил Лермонтов" - артистам и журналистам из разных уголков Красноярья - увидеть своими глазами красоты сибирского севера, порадовать местных жителей красивыми народными песнями, танцами, музыкой, вплотную прикоснуться к жизненному укладу туруханцев с его трудностями.                      А главное, понять, насколько велика туруханская земля, насколько богата она народными традициями и природными кладовыми.
   Не удивительно, что четыре столетия назад именно отсюда, с основания первых казачьих зимовий и поселений началось освоение приенисейских территорий. Между тем Красноярский Север сегодня особенно остро нуждается в государственной, по-хозяйски рачительной заботе.
                                        НЕОБЪЯТНЫЕ, НО МАЛООБЖИТЫЕ ПРОСТОРЫ
   ...Забурлила вода у ватерлинии белоснежного судна, оторвавшись от палубы, взмыли в безоблачное небо краевой столицы звуки марша "Прощание славянки", а городской причал усеяли прощальные взмахи рук провожающих - "Лермонтов" уходил в необычный рейс, не грузовой, не пассажирский и даже не туристический. На его борту поселился этно-культурный фестиваль "Дети одной реки", которому предстояло прошагать по водной глади великана-Енисея сотни речных вёрст, побывать в гостях у юбиляров - жителей старейших сибирских посёлков Туруханского района. Остались за кормой прибрежные микрорайоны, мосты Красноярска - их сменили скалы, тайга, песчаные плёсы и грозные речные пороги, брошенные забытые деревеньки и украшенные старинным деревянным зодчеством посёлки, комары и пауты. "Лермонтов" уходил всё дальше к полярным широтам...
   Ещё в XVII веке водный путь стал магистралью для первых русских землепроходцев, осваивавших приенисейскую Сибирь. Заложив в 1601 году на правом берегу реки Таз острог, выросший впоследствии в город Мангазею, казаки дошли по притокам Таза и реке Турухан до Енисея, а затем устремились по великой речной дороге на север и юг. Как гласит история, сопротивления со стороны местных жителей они почти не встречали. В 1607 году мангазейский воевода Давыд Жеребцов на реке Турухан в двух километрах от впадения её в Енисей основал Туруханское зимовье как опорный пункт продвижения русских на север Сибири, в бассейны рек Енисея и Лены. В 1672 году зимовье стало городом Новая Мангазея, а в 1708 году Туруханском. Однако после пожара 1909 года, когда город выгорел почти наполовину, административное управление Туруханским краем обосновалось в Троицко-Монастырском селе, расположившемся вокруг основанного в 1660 году Свято-Троицкого монастыря - на слиянии Енисея и Нижней Тунгуски. Говорят, перенести в это географически удобное место уездный центр посоветовал побывавший в Монастырском селе в 1897 году вице-адмирал Степан Макаров. Бывал здесь и норвежский исследователь Арктики Фритьоф Нансен. С 1920 года село именуется Туруханском, а с 1928-го является центром Туруханского района, занимающего по территории более 193 тысяч километров, что, к примеру, вдвое больше Португалии, втрое - Латвии.
   Но не только географическими масштабами удивительна туруханская земля. Её природные богатства не один десяток лет являются предметом интереса геологоразведочных экспедиций. Здесь найдены золото, хром, полиметаллы, каменный уголь, железные руды, марганец редкого окисного типа, бокситы, фосфориты, свинец и, наконец, главное минеральное сокровище здешних недр - нефть и газ. Именно в Туруханском районе расположено крупнейшее в мире Ванкорское нефтегазовое месторождение, доказанные запасы которого, по оценкам экспертов, превышают 400 млн тонн нефти и 100 млрд кубометров природного газа. Вот уж действительно золотая жила в прямом и переносном смысле как для края, так и для всей России. Уникальными признаны и здешние леса - по богатству и разнообразию растительного мира, обилию редких растений. В 1985 году неподалёку от посёлка Бор при поддержке Академии наук СССР был создан крупнейший в мире Центральный Сибирский биосферный заповедник площадью 972 тысячи гектаров. Он стал питомником для ценных промысловых животных и рыб. Издревле охотники добывали на туруханской земле пушнину, били медведя, оленя и лося. Енисей здесь богат не только осетром и стерлядью, но ещё десятками видов рыб, о существовании которых сегодня знает, увы, далеко не каждый даже коренной красноярец. В магазинах краевого центра теперь проще купить заморскую рыбку, нежели родную, енисейскую.
   - Уже не первый год рыбный промысел на реке - сплошная партизанщина: вылов ценных пород рыб запрещён полностью, а квоты для простых людей нечто из разряда фантастики, - так с горечью в голосе описала нынешнюю ситуацию жительница села Ворогово Мария Смирнова, встречавшая "Лермонтов" на берегу у дощатого прилавка с копчёными лещами. - С работой в Ворогово сложно, охота и рыбалка для местного населения - и питание, и заработок. Как жить на реке и не ловить? Однако делать это часто приходится втихаря, чтобы не попасть под штрафы рыбнадзора. То, что раньше ловили и сдавали на местные рыбзаводы, в приёмные пункты, теперь браконьерством называется. Рыбзаводы в Туруханске, Игарке, приёмная станция в посёлке Верхнеимбатск канули в Лету, перерабатывать рыбу негде. Так что не только для красноярцев, но и для туруханцев многие виды енисейской рыбы - лакомство не самое доступное.
   Для Ворогово, этого южного "полюса" Туруханского района, характерны те же проблемы, что и для некогда расцветавшей столицы Заполярья - Игарки, вошедшей в состав района в 2005 году, или некоторых прочих туруханских посёлков. Дефицит рабочих мест, стремительное сокращение населения... "До революции Север специально заселяли и отнюдь не только ссыльными, по две-три семьи на деревню; в одной из таких деревушек, Мироедихе, жили мои родители, бабушка, а теперь там остались лишь их могилки - ни одного дома, - поделился размышлениями один из пассажиров "Лермонтова" Константин Чалкин, глядя на проплывавший за бортом корабля берег Енисея, где некогда находилась деревушка Мироедиха. - Да и сама река опустела: помнится, столько корабликов по ней бегало, столько плотов с лесом проводили, а ныне встречные суда наперечёт".
   Лишь в памяти речников остались времена, когда на Енисее только пассажирских кораблей вроде "Лермонтова" было девять, флагманом ходил красавец "Антон Чехов".
ДАЛЕЕ